Рубрики
 
ФААФ
Афиша

Финский 3D мультфильм про отважного и наивного олененка.

далее>>
Новинки

Завладевшая Японией злобная корпорация изобрела страшный план...

далее>>

События > «Изначальный персонаж» - угроза свободе творчества

«Изначальный персонаж» - угроза свободе творчества Печать

5 февраля 2009 г. ряд российских кинематографистов и людей, так или иначе связанных с кинематографией, обратились в Верховный Суд РФ и Высший Арбитражный Суд РФ с открытым письмом, касающимся проекта совместного постановления этих судов, в котором Верховный и Высший Арбитражный суды предполагают ввести отсутствующее в законодательстве понятие «изначальный персонаж».

Для удобства читателей приведу полный текст обращения:

"Председателю Верховного Суда РФ В.М. Лебедеву
Председателю Высшего Арбитражного Суда РФ А.А. Иванову

В проекте совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвёртой Гражданского кодекса Российской Федерации» предполагается ввести отсутствующее в российском законодательстве и международных конвенциях понятие изначального персонажа.

В п. 29 предлагается записать: «охрана авторским правом персонажа произведения предполагает, в частности, что только автору или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать персонаж любым способом, в том числе путем переработки, и в любой форме, в том числе в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме, независимо от того, в какой форме персонаж и произведение в целом созданы изначально».

Считаем, что подобная запись идет вразрез со ст.44 Конституции РФ, гарантирующей каждому свободу литературного и художественного творчества.

В ст. 1259 ГК РФ предусмотрено, что в зависимости от формы выражения произведений науки, литературы и искусства существуют различные объекты авторских прав. Введение понятия изначального персонажа, единого для любой формы выражения произведения, будь то музыка, живопись, хореография, архитектура, кино и т.д., ведет к путанице, нарушает принятую в мире практику, лишает российскую интеллектуальную собственность охраны закона, и должно быть отменено".

Обращение это – сигнал тревоги. Узаконение понятия «изначальный персонаж» опасно для всех, кто занимается творчеством. Опасность весьма реальна. Ближайший результат введения понятия «изначальный персонаж» – обязательное для применения нижестоящими судами искажённое толкование Гражданского кодекса, защищающее интересы отдельных авторов, по литературным произведениям которых были сняты известнейшие анимационные фильмы и которые много лет пытаются во что бы то ни стало «застолбить» за собой права на всё, что только возможно. Логику авторов, входящих в этот круг, в своё время точно охарактеризовал Ю.Б. Норштейн: «Всё мое, и то, что за лесом, тоже моё».

Однако последствия внедрения понятия «изначальный персонаж» куда шире и посягают на свободу творчества в целом. Не вдаваясь в юридические тонкости и историю вопроса, постараюсь коротко и максимально просто рассказать об опасности и последствиях введения понятия изначального персонажа.

В настоящее время действующее законодательство, следуя за общепринятой во всём мире практикой, предусматривает модель, в соответствии с которой каждому автору принадлежат права строго на то произведение, которое создано его творческим трудом (статья 1257 Гражданского кодекса РФ). Так, автору литературного произведения принадлежат права на созданную им книгу. Автору произведения живописи, вдохновлённого этой книгой, – на созданную им картину. Автору музыкального произведения, инспирированного книгой, – на созданную им симфонию и т.д. Права этих авторов не пересекаются, поскольку их произведения созданы в разных формах и представляют собой отдельные, самостоятельные объекты авторского права.

Кроме того, российское законодательство предусматривает, что персонаж произведения как часть этого самого произведения также получает охрану авторским правом, если по своему характеру он может быть признан результатом самостоятельного творческого труда и выражен в какой-либо объективной форме (статья 1259 ГК РФ). Это ни в коей мере не противоречит модели, изложенной в предыдущем абзаце. Иными словами, писателю будет принадлежать право на литературное описание персонажа, художнику – на его визуальное воплощение, композитору – на воплощение его музыкальными выразительными средствами и так далее.

Однако планирующееся введение понятия «изначальный персонаж» ломает эту стройную и логичную схему.

Если понятие «изначальный персонаж» будет введено, ни одному автору не будет принадлежать право использования [1] самостоятельно созданного им персонажа, если персонаж ранее создан другим автором в другой форме, – это право будет принадлежать автору изначально созданного персонажа, независимо от формы, в которой иное лицо впоследствии выражает персонаж. Более того, автор «изначального» произведения будет наделён правом диктовать автору, которым своим творческим трудом создает персонаж в другой форме, каким именно должно быть воплощение этого персонажа в данной форме.

Рисунок Андрея КузнецоваТакая модель противоречит не только российскому законодательству и мировой практике охраны авторского права, но и здравому смыслу. И это самым непосредственным образом нарушает принцип свободы творчества, закреплённый в статье 44 Конституции РФ.

Например, в случае введения понятия «изначальный персонаж», художнику-постановщику, создавшему эскизы персонажей для анимационного фильма, снятого по книге, автором которой этот художник-постановщик не является, уже не будет принадлежать исключительное право на созданные его рукой изображения персонажей. По смыслу понятия «изначальный персонаж», исключительное право на эти изображения будет принадлежать автору книги, даже если изображения не будут соответствовать литературному описанию. Иллюстратору книги не будет принадлежать исключительное право на иллюстрации, изображающие персонажа книги другого автора – право на них будет принадлежать автору книги, даже если персонаж иллюстрации далеко не похож на его литературное описание. Скульптору, создавшему фигурку персонажа книги иного автора, не будет принадлежать исключительное право на эту фигурку – оно будет принадлежать автору книги.

Приведённые примеры художника, иллюстратора и скульптора весьма огрублены и использованы лишь для большей ясности и простоты объяснения. Но в не меньшей степени опасность, которую влечёт за собой введение понятия "изначальный персонаж", грозит и режиссёрам, и сценаристам, и композиторам, и другим творческим людям, которые по роду своей деятельности зачастую создают персонажей на основе других произведений в иной форме.

В огромной мере это касается и тех, кто создаёт анимационные фильмы, основываясь не на собственных оригинальных сценариях, а на ранее написанных литературных произведениях.

Здравый смысл подсказывает, что введение понятия «изначальный персонаж» является абсурдом. Приведу пару абсурдных, но весьма наглядных примеров, чтобы стало окончательно ясно, что оно может за собой повлечь.

Если бы в наше время жили Лермонтов и Врубель, то, в случае введения понятия изначального персонажа, исключительное право на изображения персонажа картин «Демон сидящий», «Демон летящий», «Демон поверженный», созданных рукой Врубеля, принадлежало бы не художнику Врубелю, а поэту Лермонтову.

Если бы в наше время жили Пушкин и Мусоргский, то, в случае введения понятия «изначальный персонаж», исключительное право на музыку арий персонажей оперы «Борис Годунов», созданную Мусоргским, принадлежало бы не композитору Мусоргскому, а поэту Пушкину.

Если бы в наше время жили Фальконе и тот же Пушкин, то, в случае введения понятия «изначальный персонаж», исключительное право на литературный персонаж Медный Всадник из одноимённого произведения Пушкина принадлежало бы не создавшему его поэту Пушкину, а скульптору Фальконе – автору «изначального персонажа».

Таким образом, если понятие «изначальный персонаж» будет вопреки закону введёно, художник уже не сможет создать изображение персонажа, описанного в литературном произведении, без получения согласия автора литературного произведения. И в любом случае правами на это изображение будет обладать уже не создавший его художник, а автор литературного произведения, что идёт вразрез со здравым смыслом. И более того, как было показано выше, автор литературного произведения сможет диктовать художнику, что и как ему рисовать. А всё это самым непосредственным образом затрагивает свободу творчества художника.

Ещё раз отмечу, что пример писателя и художника выбран мною лишь для наглядности объяснения. Касается это людей, занимающихся творчеством любого рода.

Авторы, которые по роду своей деятельности зачастую создают персонажи на основе других произведений в иной форме, не останутся даже у разбитого корыта. Потому что у них и его отнимут. Создаётся угроза свободе творчества как таковой. И об этом должно быть известно.

______________________
[1] Речь идёт об исключительном – имущественном – праве на произведение, т.е. праве автора использовать, а также разрешать или запрещать третьим лицам использовать произведение. При этом личные неимущественные права (право авторства, право на имя, право на неприкосновенность произведения) всё же будут сохраняться за автором персонажа, созданного в другой, нежели «изначальный», форме. Но, по сути, ничего, кроме имени, автору персонажа, выраженного в другой форме, принадлежать не будет. В этом и заключается основная опасность введения понятия «изначальный персонаж».

 

Лев Боровков 08-02-2009  (Посещений: 9660)

Назад Печать

Галерея
 
Друзья
Аниматор.ру
eXTReMe Tracker